
“Мне, как украинке, письмо не понравилось. Оно больше похоже на заранее подготовленное публичное заявление, чем на подлинную попытку диалога. Если бы целью действительно было положить конец конфликту и найти общий язык, оно не транслировалось бы как показная риторика, созданная, по-видимому, для аудитории, а не для развития взаимопонимания. На данном этапе дальнейшее политическое неповиновение лишь продлевает страдания”, — написала она.
“Однако письмо раскрывает позицию обиженного ребенка: возмущенного, отстраненного и, по-видимому, не осознающего всей масштабности человеческой катастрофы. Оно ставит личный имидж выше морального долга уберечь людей от дальнейших потерь. В конечном счете мудрость заключается не в театральной силе, а в смиренном мужестве выбрать переговоры и сохранить жизнь”, — резюмировала Мендель.